[an error occurred while processing the directive]

Из книги ЗОЛОТОЕ ПОДПОЛЬЕ
(изд. ДЕКОМ, Н. Новгород, 1994

В начале 90-х годов это был чуть ли не единственный рок-журнал, редакция которого целенаправленно занималась сбором архивных материалов, прямо или косвенно связанных с жизнью и творчеством Яны Дягилевой, Умки и Александра Башлачева. В результате настойчивых поисков в распоряжении Алексея Маркова (экс-президент Воскресенского рок-клуба) и Натальи Марковой (лидер групп КУХНЯ КЛАУСА и ДВУРЕЧЬЕ) оказалась наиболее полная подборка статей, фото и аудиоматериалов, текстов неизвестных и малоизвестных песен данных авторов. Косвенным следствием подобных исследований стало создание специального номера, целиком посвященного творчеству Янки. Этот выпуск был подготовлен через несколько месяцев после ее смерти и, по определению редакции, возник «не из желания «делать журнал», а скорее как подсознательное стремление хоть как-то, хоть в чем-то «вещественно-материальном» оставить Янку здесь». «Естественно, мы понимали, что она и без наших потуг обойдется но…» Вступление к самому выпуску гласило, что «номер второй возник из печальной необходимости собрать под одну обложку хотя бы немногое из прессы, связанное с Яной при ее жизни, и то, что стало появляться после смерти». После смерти и впрямь «стало появляться» многое. Какие-то левые сборники, несуществующие альбомы, разговоры о «фактах биографии», «фестивали, приуроченные к дате» и.т.д. и.т.п. Как верно заметил один из журналов («Подробности взрыва» №1 - прим. сост.), «такой андеграундный вариант того, что они сделали с Цоем». На этом «выигрышном» фоне данный номер «Штирлица» (который, по оценке редакции, «не являлся концептуальным продолжением «Штирлица») оказался одной из немногих честных попыток разобраться не только в том, «каким человеком была Янка», но и в самих себе - «встряхнуть основы», остановиться на бегу и оглядеться по сторонам. «Что ж, видимо так оно и должно быть - не сразу попадают в резонанс струнам коченеющие да костенеющие души наши. Пока их отогреешь, разбудишь, растормошишь. А очнулись - и больно стало: нет уже человечка «Никогда» и «навсегда» переплелись своей страшной вязью, болотной осокой с камышами, тиной да ряской сошлись над головою…» Сам номер содержал практически полную подборку статей о Янке из еамиздатовской и официальной прессы, стенограммы радиопередач, неизвестные тексты песен, уникальные фотоснимки. Из оригинальных материалов (статьи А. Маркова, М. Тимашевой, Дм. Десятого) выделялось многостраничное интервью с Ником («Откровение от Ника»), взятое А. Марковым примерно через месяц после гибели Янки. В этом интервью несколько неожиданно всплыла фраза СашБаша «нужно жить так, как если в соседней комнате умирает твои ребенок». Понятно, что несмотря на доверительный тон, и само интервью, и весь номер в целом оказались пропитаны депрессивным духом и состоянием общей удрученности. В подобном контексте разговоры «о журналистских находках» и прочих «творческих удачах» неизбежно отпадают. «Глупость определении исходит из глупой необходимости определять». ...Примечательно, что в самом процессе подготовки «Штирлица» №2 принимало участие немалое количество людей от обладателей раритетных материалов до непосредственно Янкиных друзей. В результате возникло редкое в начале девяностых душевное единство, когда каждый помогал тем, чем мог. В частности, набор номера производился на компьютерах центральной молодежной газеты, а редакция журнала «Рокада» планировала издать «Штирлиц» №2 трехзначным тиражом с его последующим распространением по подписке. Алексей Марков занял в этом вопросе достаточно жесткую позицию и выступил против модного в тот момент подпольного сектантства и искусственного ограничения информации на данную тему. «Я не люблю андеграундщиков-профессионалов. Эгоцентризм в них растет до эгоизма. И девизом выходит фраза «те, кому это очень надо - все равно это услышат, а другим, значит, не нужно» Я знаю людей, которые услышали уже ПОСЛЕ. Им это было НАДО, но было уже поздно. Я так же познакомился с Сашкой Башлачевым уже после его полета. Что касается типографского тиража, то в последний момент спонсоры «кинули» журнал, и бесценная исследовательская работа осталась существовать в ксероксном варианте в количестве десяти экземпляров. Все как у людей. А Кушнир «Штирлиц», Воскресенск [an error occurred while processing the directive]